Вторник, 26.09.2017, 22:46
НовостиСвета (LightNews) 
Жизне-речение – это НЕ Channaling.
Круг ВсеМiРноРОДового ЦЕЛительства
На основе Русской РОДовой Кольцевой Науки, переданной нам Пушкиным А.С.,
в Русском Духе.
Постоянное совершенствование Праведности Полноты и Порядка РОДа Человеческого.
За ЕДИНУЮ, МОГУЧУЮ Матушку Русь!
Главная Мой профильРегистрация ВыходВход
Вы вошли как Гость · Группа "Гости"Приветствую Вас, Гость · RSS
Поиск
Меню сайта
 
Главная » 2016 » Июнь » 11 » Падение Америки и Европы, занятие Россией ведущей роли в мире в наступившую с 1920 г. эпоху Пророка Пушкина А.С. Продолжение. Часть 2031
Падение Америки и Европы, занятие Россией ведущей роли в мире в наступившую с 1920 г. эпоху Пророка Пушкина А.С. Продолжение. Часть 2031
23:34

Русь самое древнее государственное образование  потому, что нет исторических подтверждений другого мнения.

Можно с уверенностью сказать, что Человечество существует около 150 млн. лет.

 

«Я убежден в необходимости цензуры». Цитаты Пушкина, которые не понравились бы Западу

Живи Александр Сергеевич в наше время, он наверняка заслужил бы обвинения в «квасном патриотизме», «нетолерантности» и «ксенофобии». Возможно, его даже зачислили бы в «коммуно-фашисты».

Не верите? Читайте Пушкина!

Пушкин против Франции и Америки

За два года до смерти, в заметке «Об истории поэзии Шевырева» Александр Сергеевич писал: «…Франция, средоточие Европы… Народ властвует в ней отвратительною властию демократии».

Именно так Пушкин, которого император Николай I называл «самым умным человеком России», отзывался о самой блистательной демократии современной ему Европы. Не лучше было его мнение о государственном устройстве Соединенных Штатов Америки. В критической статье о мемуарах Джона Теннера Пушкин отметил: «…С некоторого времени Северо-Американские Штаты обращают на себя в Европе внимание людей наиболее мыслящих… Но несколько глубоких умов в недавнее время занялись исследованием нравов и постановлений американских, и их наблюдения возбудили снова вопросы, которые полагали давно уже решенными. Уважение к сему новому народу и к его уложению, плоду новейшего просвещения, сильно поколебалось».

Диагноз, который Пушкин поставил Америке, выглядит неутешительно: «Большинство, нагло притесняющее общество; рабство негров посреди образованности и свободы; родословные гонения в народе, не имеющем дворянства; со стороны избирателей алчность и зависть; со стороны управляющих робость и подобострастие; талант, из уважения к равенству, принуждённый к добровольному остракизму; богач, надевающий оборванный кафтан, дабы на улице не оскорбить надменной нищеты, им втайне презираемой: такова картина Американских Штатов, недавно выставленная перед нами».

Возмущали Пушкина и «отношения Штатов к индийским племенам, древним владельцам земли» — по его словам, это была «явная несправедливость, ябеда и бесчеловечие американского Конгресса».

Пушкин против гламура

В 1834 году Пушкин писал о французских сочинителях, романами которых зачитывалась русская знать и образованный слой мещанства: «Легкомысленная и невежественная публика была единственною руководительницею и образовательницею писателей. Когда писатели перестали толкаться по передним вельмож, они в их стремлении к низости обратились к народу, лаская его любимые мнения или фиглярствуя независимостью и странностями, но с одной целью: выманить себе репутацию или деньги. В них нет и не было бескорыстной любви к искусству и к изящному. Жалкий народ!»

За многие годы до появления боевиков, мелодрам и телесериалов Пушкин скорбел о соотечественниках, которые становились добычей современных ему мошенников от гламура.

«Явилась толпа людей темных с позорными своими сказаниями, но мы не остановились на бесстыдных записках Генриетты Вильсон, Казановы и Современницы, — возмущался он. — Мы кинулись на плутовские признания полицейского шпиона и на пояснения оных клейменного каторжника…»

Неудивительно, что Пушкин был сторонником жесткой цензуры.

Пушкин против свободных СМИ

В письме Бенкендорфу от 1830 года Пушкин написал о европейской прессе. Написал, как бы сейчас сказали, нетолерантно. (В статьях того времени Россию клеймили за подавление Варшавского бунта.)

«Озлобленная Европа нападает покамест на Россию не оружием, но ежедневной бешеной клеветою», — утверждал Александр Сергеевич. И уговаривал Бенкендорфа: «Пускай позволят нам, русским писателям, отражать бесстыдные и невежественные нападки иностранных газет».

«Свободная печать» всегда раздражала поэта. Отсюда его постоянные мысли о том, что информационное поле должно быть ограничено

«Разве речь и рукопись не подлежат закону? — удивлялся Пушкин. — Всякое правительство в праве не позволять проповедовать на площадях, что кому в голову придёт, и может остановить раздачу рукописи, хотя строки оной начертаны пером, а не тиснуты станком типографическим. Закон не только наказывает, но и предупреждает. Это даже его благодетельная сторона».

А вот еще одно интереснейшее высказывание: «Я убежден в необходимости цензуры в образованном нравственно и христианском обществе, под какими бы законами и правлением оно бы ни находилось. Что составляет величие человека, ежели не мысль? Да будет же мысль свободна, как должен быть свободен человек: в пределах закона, при полном соблюдении условий, налагаемых обществом».

Пушкин, что любопытно — сам настрадавшийся от цензуры, иногда прямо взывал к ней: «Не должна ли гражданская власть обратить мудрое внимание на соблазн нового рода, совершенно ускользнувший от предусмотрения законодательства?»

Пушкин против правозащитников

В начале 19 века в России было уже немало людей, одураченных западной пропагандой того времени. Пушкин понимал всю опасность этого явления. Он утверждал: «Гордиться славою своих предков не только можно, но и должно; не уважать оной есть постыдное малодушие».

«Европа в отношении России всегда была столь же невежественна, как и не благодарна», — писал поэт.

«Хотя лично я сердечно привязан к государю, я далеко не восторгаюсь всем, что вижу вокруг себя, — говорил Пушкин. — Как литератора — меня раздражают, как человек с предрассудками — я оскорблен, — но клянусь честью, что ни за что на свете я не хотел бы переменить отечество, или иметь другую историю, кроме истории наших предков, такой, какой нам Бог её дал».

Борцы за либеральные западные ценности вызывали у поэта негодование.

«Простительно выходцу не любить ни русских, ни России, ни истории её, ни славы её, — говорил Александр Сергеевич. — Но не похвально ему за русскую ласку марать грязью священные страницы наших летописей, поносить лучших сограждан и, не довольствуясь современниками, издеваться над гробами праотцев».

За много лет до демократических российских СМИ Пушкин с презрением отзывался о космополитах-«перемётчиках», «для коих где хорошо, там и отечество, для коих все равно: бегать ли им под орлом французским или русским языком позорить все русское — были бы только сыты…»

Пушкинист С.М.Бонди по плохо сохранившемуся тексту отреставрировал одно из стихотворений Пушкина, в котором поэт создал классический образ отечественного интеллигента-русофоба:

Ты просвещением свой разум осветил,

Ты правды чистый лик увидел.

И нежно чуждые народы возлюбил

И мудро свой возненавидел.

Когда безмолвная Варшава поднялась

И ярым бунтом опьянела,

И смертная борьба меж нами началась

При клике «Польша не згинела!»,

Ты руки потирал от наших неудач,

С лукавым смехом слушал вести,

Когда разбитые полки бежали вскачь

И гибло знамя нашей чести.

Когда ж Варшавы бунт раздавленный лежал

Во прахе, пламени и дыме,

Поникнул ты главой и горько возрыдал,

Как жид о Иерусалиме.

Думается, если бы Пушкин увидел в свое время выступления наших либералов в поддержку «суверенной Ичкерии», он написал бы об этом не менее хлестко…

Пушкин против демократии и гражданского общества

Сами слова «демократ» и «демократка» были для Пушкина ругательными. «…Чистая демократка. Никого ни в грош не ставит» — говорил Пушкин об одной девушке (А. Смирнова. «Воспоминания о Жуковском и Пушкине»).

Идеал гражданского общества, в котором люди соединены не любовью к родине и христианскими заповедями, а заботой о собственности, вызывал у Александра Сергеевича в лучшем случае усмешку:

Не дорого ценю я громкие права,

От коих не одна кружится голова.

Я не ропщу о том, что отказали боги

Мне в сладкой участи оспоривать налоги…

Поэта очень интересовало гражданское общество Соединенных Штатов Америки. В уже упоминавшейся статье «Джон Теннер» Пушкин писал:

«С изумлением увидели мы демократию в ее отвратительном цинизме, в её жестоких предрассудках, в её нестерпимом тиранстве. Всё благородное, бескорыстное, всё возвышающее душу человеческую — подавлено неумолимым эгоизмом и страстию к довольству».

Читаешь эти слова сейчас и поражаешься — то ли это Пушкин про США говорит, то ли про нас, россиян грешных. Но может быть, русский гений все же не отрицал демократию как таковую? Может, он только против отдельных недостатков возражал? Увы.

«Во все времена, — говорил Пушкин А.Смирновой, — были избранные, предводители; это восходит от Ноя и Авраама. Разумная воля единиц или меньшинства управляла человечеством… Роковым образом, при всех видах правления, люди подчинялись меньшинству или единицам, так что слово «демократия» в известном смысле, представляется мне бессодержательным и лишенным почвы».

«Если сам Пушкин думал так, то уж верно, это сущая истина» — заявил однажды очень неглупый человек — Гоголь.

Какой тут напрашивается вывод? Больше читайте Пушкина и помните: Пушкин — это наше всё, но не всё наше — Пушкин.

Дмитрий  Орехов, Русская народная линия

 
Опубликовано 10.06.2016 в 23:01
Валерий Лобов Я тоже в 2007 г. восстановил это же стихотворение Пушкина:
"Ты просвещением свой разум осветил,
Ты (странной) правды лик увидел,
И нежно чуждые народы возлюбил,
И мудро свой возненавидел.
Когда безмолвная Варшава поднялась,
И бунтом (пира) опьянела,
И смертная борьба (с Россией) началась,
При клике “Польска не згинела!”
Ты руки потирал от наших неудач,
С лукавым смехом слушал вести,
Когда, (как псы они рвались), бежали вскачь,
И гибло знамя нашей чести.
(Когда ж конец) Варшавы бунта (увидал),
(Когда паны задохлись) в дыме —
Поникнул ты (главой) и горько возрыдал,
Как жид об Иерусалиме".
Скоро Пушкина все кинутся читать, тк он потомок древних царей, которые иду от самого Адама, (Сифа - написавшего 29 книг 6000 лет тому назад) Ноя, Буревоя, Славена, Рюрика. Его род имеет древо более 7300 лет. Он от умирающего дядюшки получил по наследству ладанку с ризой Господней, которые имели только цари.
Главное, что пушкинисты ВИДЕЛИ, и теперь отрицают существование НАУЧНОЙ рукописи Пушкина 1829 г. - они же 10 листов из нее исследовали - и почерк всех листов был Пушкина! См. статью Рыбкина И.М. в номерах газет "Мы и город" (г. Таганрог).
Пушкин в 1829 г. принес нам УЧЕНИЕ в 30 лет как пророк! И благодаря Рыбкину мы теперь пользуемся его Наукой - во славу Пушкина и Руси Великой, породившей мудреца, мага и настоящего Русского Человека!
Вот фото: бюст Рыбкина делал скульптор. Его бюст возили докладчики по всей Ростовской области. А сейчас эта голова Богатыря с мечом под ней забыта и никто к ней не приходит :(

НС в ответ на мнение об  эфиопском происхождении АСП: сморите ответы на эти вопросы в недавнем докладе Лобова В.М. в Луганске:
Окрыленный Пушкин. Доклад Лобова В. М. в Луганске. 19.05.2016
В Пушкине нет негритянской крови.

Кровь индийская влилась в русскую Пушкина

http://krasvremya.ru/krov-indijskaya-vlilas-v-russkuyu-pushkina/

 

Великий Пушкин: «я убеждён в необходимости цензуры»

НС: Да, вот некоторые глубокие мысли Пушкина – и это почти два века назад! Все верно. Пушкин служил в Коллегии иностранных дел контрразведчиком, общался со многими иностранными дипломатами.
Цензура нужна обязательно, причем нравственная, просвещенная с подлинным различением добра и зла, пониманием общего хода вещей. Сам Пушкин так это и понимал и описывал в своих статьях, письмах и произведениях

 

Просмотров: 69 | Добавил: Lightnews | Теги: НовостиСвета, возрождение Руси, Славяно-русы, Лобов В.М., Падение Запада, самые древние на Земле | Рейтинг: 0.0/0 |
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
© Copyright LightNews 2017
Бесплатный хостинг uCoz