Суббота, 24.06.2017, 03:03
НовостиСвета (LightNews) 
Жизне-речение – это НЕ Channaling.
Круг ВсеМiРноРОДового ЦЕЛительства
На основе Русской РОДовой Кольцевой Науки, переданной нам Пушкиным А.С.,
в Русском Духе.
Постоянное совершенствование Праведности Полноты и Порядка РОДа Человеческого.
За ЕДИНУЮ, МОГУЧУЮ Матушку Русь!
Главная Мой профильРегистрация ВыходВход
Вы вошли как Гость · Группа "Гости"Приветствую Вас, Гость · RSS
Поиск
Меню сайта
 
Главная » 2016 » Февраль » 10 » Падение Америки и Европы, занятие Россией ведущей роли в мире в наступившую с 1920 г. эпоху Пророка Пушкина А.С. Продолжение. Часть 1911
Падение Америки и Европы, занятие Россией ведущей роли в мире в наступившую с 1920 г. эпоху Пророка Пушкина А.С. Продолжение. Часть 1911
09:15

О патриотизме как национальной идее

9 февраля 2016, 15:37

Патриотическая передовица: О патриотизме как национальной идее

Патриотизм – это гордость не за силу твоей страны как таковую, а за справедливые дела, которые с опорой на силу делает твоя страна.

В среду 3 февраля на встрече с активом «Клуба лидеров по продвижению инициатив бизнеса» президент России Владимир Путин продолжил начатый им уже некоторое время тому назад разговор о патриотизме. Отметив исключительный объединяющий потенциал этого понятия и чувства, он подчеркнул, что, по сути, патриотизм – «это и есть наша национальная идея».

Будучи сформулированным на максимальном уровне обобщения, тезис о патриотизме как национальной идее, с одной стороны, неоспорим. С другой стороны, он легко может быть подвергнут скептическим выпадам, в том числе с использованием многочисленных известных «антипатриотических» цитат – от Сэмюэла Джонсона до Л.Н.Толстого. Это и произошло на либеральном фланге российского информационного поля. Да и на патриотическом фланге такое слишком общее понимание национальной идеи было воспринято не без вопросов.

Разбирать недружественные выпады мы не будем, хотя, например, известную фразу вышеназванного английского мыслителя «Patriotism is the last refuge of a scoundrel» я бы, следуя правилам перевода, перевел бы на русский не «Патриотизм – последнее прибежище негодяя», а «Последнее прибежище негодяя – патриотизм». Согласитесь, разница есть, и немалая. Но дело даже не в теории перевода, а в британской политической практике, которая строится именно по этому принципу (пусть ты и негодяй, но прояви любовь к родине — и что-то тебе «спишется»), а не по условному «джонсоновскому» образцу, обеспечивая силу державы уже многие века. Здесь, видимо, как и всё у англичан: внутри страны – один подход, вовне – другой.

Предлагаю порассуждать о другом: о недосказанности положительного свойства.

В чувстве патриотизма присутствуют различные составляющие, всех не перечислишь, поэтому выделим лишь главные его векторы. Это любовь к своей стране. Это уважение, а в определённых обстоятельствах и любовь, к своему государству. Это любовь к своему народу. Любовь в данном случае мы понимаем не просто как «восторг чувств», а как желание и готовность приносить объекту любви конкретное благо.

Вспоминая нашу историю, мы неизбежно констатируем, что на различных её этапах эти три вектора проявляют себя и взаимодействуют по-разному. Русские солдаты Первой мировой войны, покидая фронт, выражали тем самым вовсе не отсутствие любви к своей родине или к своему народу, но лишь враждебность к никчёмному временному правительству, которое они не считали своим, и от которого ничего хорошего для себя не ждали.

С другой стороны, в годы Гражданской войны многие из тех, кто сражался на стороне красных, умирали не за страну или за народ, тем более что последний был разделён, а именно за своё государство, за свою власть.

То же самое можно сказать и о годах Великой Отечественной войны, но при важном дополнении:
К 1991 году эта триада вновь распалась с известными последствиями. И вот теперь мы опять собираем их в единое целое. Давайте же делать это с опорой на мудрость наших великих предков, особенно тех, кто вынес свои мысли из горнила переломных лет российской истории.

Вот, на мой взгляд, более чем актуальные в контексте нашего рассуждения слова. 1918 год, Е.Н.Трубецкой, книга «Смысл жизни»: «Особенность русского патриотизма заключается в том, что он никогда не воодушевляется идеей родины как такой, служением русскому как такому. Чтобы отдаться чувству любви к родине, нам нужно знать, чему она служит, какое дело она делает. И нам нужно верить в святость этого дела, нам нужно сознавать его правоту. Нам нужна цель, которая бы поднимала наше народное дело над национальным эгоизмом».

И это действительно так. Патриоту России не всё равно, бросает, например, его государство своих соотечественников на произвол судьбы за пределами новых и чуждых им границ, как это было в начале 1990-х, или начинает ставить вопрос об их правах хотя бы политически. И тем более, если оно демонстрирует готовность обеспечивать эти права физической защитой, как в 2008 году в Южной Осетии и в 2014 году в Крыму.

Нам не всё равно, отдает наше правительство дружественные России страны, народы и лидеров на растерзание Западу, или защищает их. Всё это – субстанция для взращивания или подавления патриотического чувства. Точно так же нам не всё равно, как в условиях кризиса наше правительство относится к народному большинству, на чьи плечи в основном возлагает его бремя.

То дело, которая наша страна сегодня делает на международной арене, нам в главном понятно. Противостоять глобализму; бороться с моралью «исключительности» одних и ущербности других; защищать суверенитет и независимость как принципы мировой политики и как подвергающуюся целенаправленному разрушению конкретику современной жизни стран и народов; помогать сохранять историческую память, национальное самосознание и традиционную культуру; отстаивать в мировых делах принцип равноправия. Одним словом, отстаивать справедливость, – всё это суть дело правое, всему этому стоит служить. И всё это достойным образом выражает обращённую к миру сторону нашей национальной идеи.

Пытаюсь с близкой долей конкретики сформулировать наше внутреннее общенациональное дело, которое поднимало бы нас всех вместе и каждого в отдельности не только над национальным, но и над социальным эгоизмом, пытаюсь увязать его с внешними задачами, — и упираюсь в нестыковки или, как минимум, вопросы.

Хотим ли все мы, чтобы Россия становилась сильнее? Конечно, хотим. Но история последних лет не подтверждает тезис о том, что «если так будет, каждый гражданин будет жить лучше». И проблема в данном случае далеко не только во внешнем давлении на Россию или в мировом кризисе. Два-три года тому назад страна становилась сильнее, но одни наши соотечественники становились богаче, а другие – беднее. И сейчас происходит так же. У одних доступ к высшему образованию расширяется, у других сокращается. Одни могут себе позволить сходить в театр, а другим это за последние годы стало не по карману. И на этом перечень «расхождений», к сожалению, не заканчивается. Бремя кризиса, как и бремя внешнего давления, как и многое другое всё ещё распределяется в нашей стране далёким от справедливости образом.

Надеюсь, что не даю оснований быть понятым в том смысле, что задача усиления страны нам мешает. Не мешает, а помогает. В том числе и в деле формирования патриотического чувства.

Но не как чувства гордости за силу как таковую или за силу, открывающую путь к благосостоянию, а как чувства гордости за те справедливые дела, которые с опорой на силу можно и нужно сделать и в международных делах, и внутри страны. И, самое главное, — дела, которые твоя страна, твой народ, твоё правительство действительно делают!

Без этой важнейшей составляющей нашей национальной идеи – справедливости – патриотизм не укрепить
. Более того, он неизбежно даст сбой, как это, к сожалению, уже не раз происходило в истории нашей страны.

Михаил Демурин

Туман безумия: Жириновский судит Ленина

В метро или на овощном рынке, в придорожной закусочной или дорогом супермаркете, наблюдая злые, уродливые гримасы современной действительности, я часто думаю: а что если бы всё это — скажем, в виде фантастического фильма — показали советским людям? Что бы сказали они, узнав, как будет выглядеть жизнь тридцать, сорок, пятьдесят лет спустя? Что сказали бы фронтовики? Что сказали бы беззаботные и наивные физики с лириками? Комсомольцы с БАМа? Гагарин и Титов? Рабочие ЗиЛа или АЗЛК? Солдаты и офицеры Группы войск в Германии?

Вероятно, ушедшим поколениям советских граждан наша сегодняшняя реальность показалась бы болезненной фантасмагорией. Апокалиптическим театром, в котором невозможно разобрать, где Бессмертный Полк, а где — Безумный Макс. Вот какие мысли крутились у меня в голове, когда в одном из павильонов Мосфильма вспыхнули софиты, и два человека, поднявшись на сверкающий подиум, принялись яростно обсуждать третьего — давно умершего человека, без которого, однако, невозможно представить себе ни Мосфильм, ни мосфильмовский символ — Рабочего с Колхозницей, ни самих спорщиков. Спор шёл о Ленине, а также о том, виноват ли Ленин в обрушении дома, который построил Ленин.

Проханов приехал в мрачном настроении. «В самой постановке вопроса я чувствую какую-то иезуитскую хитрость. Словно кто-то желает ударить советской инерцией по шатким основам сегодняшней государственности. Так, чтобы, защищая Ленина, мы неминуемо били по Путину, — размышлял писатель, — Думаю, Жириновский победит, но будем сражаться».

Одинаковые тёмные костюмы, аккуратные галстуки, гладкие проборы. Боевые порядки ЛДПР стройны и готовы к прибытию генерала. Вот и он. За ним хвост из фотокамер. Портфели, папочки, угодливо шуршащие блокноты. Которые по счёту выборы на носу? Для Жириновского прямой эфир — как живая вода, как инъекция адреналина. Мотор! И Ленин падает, сбитый с ног первым же ударом:

— Сегодня мы дадим оценку тому, кто разрушил два великих государства, уничтожил лучшее, что было в нашем народе за тысячу лет!

Туман безумия сгущается. Я понимаю, что и сам пропитываюсь им. О каком народе речь? О каком государстве? Удары сыплются один за одним. Хук с правой. Хук с левой. Наш противник в отличной форме.

— Немецкий шпион! Пломбированный вагон!

Жириновский взбирается на опрокинутую статую Ленина и скачет, скачет, скачет. «Слава Украине! Героям слава!» — память хватает с полки первую попавшуюся видеозапись. Через хлопья мокрого снега я вижу за спиной Жириновского декабрьский Киев, бульвар Тараса Шевченко и огромную глыбу красного гранита. Фотовспышки озаряют фигуру с кувалдой. Удар. По голове. Удар. По голове.

— Коммуняку!

И молот взмывает вверх.

— На гиляку!

И молот гулко отскакивает от ленинского затылка. Толпа помогает, встраивается в ритм. Погромная аэробика.

— Коммуняку! — разрезает воздух ещё чей-то надрывный голос.

— На гиляку! — выдыхает подростковым, ломающимся баском толпа, и кувалда падает вновь.

Лидер ЛДПР и его группа поддержки работают чётко и слаженно. Мастерство. Я не слышу их слов, я вижу Майдан. Вижу окровавленное лицо Ростислава Василько — первого секретаря Львовского горкома компартии. В 2008-м году Жириновский обещал Тягнибоку встать на колени в знак покаяния за преступления советского режима. На Майдане Жириновского не оказалось, поэтому на колени поставили Василько. Ему ломают ребра дубьём, заставляют целовать крест, загоняют иглы под ногти. Я вижу Запорожье и горстку защитников Ленина, взятых фашистами в кольцо. Они стоят, сцепив руки, под сплошным градом из яиц, камней, бутыльков с зелёнкой и йодом. Через несколько часов издевательств им дадут коридор для выхода. Сквозь строй полиции, гнущийся под напором улюлюкающей толпы, их выведут прочь. Жириновский вытирает пот с лица. Ведущий объявляет рекламную паузу.

— Вашего Ленина в крематорий. И сжечь!

Жириновский и крематорий. Пытаюсь вспомнить термин, которым описывается этот парадоксальный кураж, этот экстаз, заставляющий человека забыть об опасности, жонглировать словами, которые лучше не употреблять без причины. Крематорий. Зачем ему крематорий? Я вижу горящий одесский Дом профсоюзов. Спохватываюсь: где-то глубоко в почтовом ящике у меня лежит непрочитанное письмо от девушки Оли из Одессы. Я встретил её во время недавней поездки в Европарламент, в Брюссель, где Оля теперь — почти такой же беженец, как и тысячи сирийцев. Я открываю это забытое письмо.

«Мы стояли и плакали, снимали на телефоны, когда увидели надвигающуюся толпу ультрас и правосеков. Они шли и скандировали «героям слава»… Страх и ужас охватил нас: по улицам нашего мирного города, города-героя Одессы, маршировали фашисты. Когда-то, 70 лет назад, от нацистов нашу землю освобождал наш дед, и вот, происходит то, во что невозможно поверить, с чем невозможно смириться — оскал фашиста, который, с цепью и дубинкой, кричит «Слава Украине». Мы бежали, и кричали, и плакали! Взобравшись на мост через железную дорогу, мы повернулись, чтобы посмотреть на здание, и увидели клубы дыма. Господи! Они же внутри, их сотни, мирных людей, таких, как мы, которым негде было спрятаться! О Боже!»

Это сделал Ленин, конечно. Нет сомнений. Ведь это Ленин создал Украину. Больше того, он создал каждого из нас. Он создал Тягнибока и Яроша, Турчинова и Яценюка. Он создал Коломойского и Фирташа. Он создал Порошенко, Ющенко, Кравчука, Ельцина и Горбачёва. Он, конечно, создал Захарченко и Плотницкого, Гиви и Моторолу. Он создал Киркорова и Пугачеву, Потапа и Настю, Верку Сердючку и Славу Вакарчука. В конце концов, он создал Жириновского. И за это он должен быть наказан.

— Без Ленина никогда не появился бы Гитлер! Без Ленина население страны было бы 500 миллионов.

Бессмысленно спорить с человеком, который всерь­ёз утверждает, что осенью 1917-го года люди должны были поддержать Керенского. Можно ли объяснить Жириновскому, что выборы в Учредительное собрание в условиях всеобщего коллапса и тотальной неграмотности означали бы в конечном счёте замену шила на мыло, то есть на либерально-демократическую диктатуру иностранного капитала? Что между февралём 1917-го и августом 1991-го есть абсолютное генетическое родство? Что нитка истории связывает две эти эпохи через ноябрь 1944-го года, когда генералом Власовым был учреждён Комитет освобождения народов России? Что именно КОНРу, ссылавшемуся в своем манифесте на февраль 1917-го, в Холодную войну была уготована роль главного стенобитного орудия, нацеленного на СССР? Что именно КОНР станет ядром всемирной антибольшевистской лиги, из которой выползут все разрушавшие СССР национальные фронты?

Проханов напоминает мне седой, скалистый утёс. Шторм терзает его, волны бьются в истерике о каменистую грудь. Проханов смотрит сквозь Жириновского, говорит мимо него. Он говорит не о Ленине, а о том, что курс на строительство либерально-демократической, жириновской, нэпманской, керенской экономики вновь привёл нас к опасной черте. Ставка на бизнес, являющийся главным спонсором Жириновского, не оправдалась. На страну нацелены армии НАТО, в бок ей, будто нож, всажена гражданская война на Украине, пятки страны обжигает пламя войны на Ближнем Востоке, грозящее переброситься на Кавказ и в Среднюю Азию. Россия теряет силы, истекает кровью, задыхается от несправедливости. Керенский не поможет больше. Для спасения государственности стране нужен другой экономический уклад — мобилизационный, основанный на социалистических принципах, не отвергающий Ленина и Сталина, а опирающийся на их опыт.

— Мы должны воспользоваться теми последними ресурсами, которые предлагает нам русская история. ГОЭЛРО — будет. Госплан — будет. Мобилизация — будет, — говорит Проханов.

С мыслями об Октябре Россия вступает в свой новый февраль.

На фото: снос памятника Ленину в Киеве: «эдипов комплекс» в исполнении необандеровцев

Константин Сёмин

zavtra

Валерий Лобов

Ровно 10 лет тому назад 03.02.2006 те же Жириновский и Проханов схлестнулись на телевизионном поединке у Соловьева, но пришли полностью к противоположному итогу 90:80, но с малым разрывом. Жириновский всегда врет, а народ, плохо знающий историю, поддерживает бойкого вруна.
А сейчас итог обсуждения 60:20 в пользу Проханова показывает, что советских людей по духу в 3 раза больше. Это здравомыслящие люди, помнящие свою учебу, свои болезни, бесплатные лечения в больницах и санаториях, свою работу (чаще нелегкую, но радостную в творчестве), помнят и бесплатную квартиру от предприятия или армии, которую 10-20 лет ждал. Мы все ходили с песнями на демонстрациях, либо в военном строю на парадах, или каждый год проводили отпуск, либо на море, либо в горах, либо на берегу реки в палатке, загорали, катались на лодке и ловили рыбу. В своем кругу обсуждали любопытные статьи в журналах, участвовали в самодеятельности или битвах за шахматной доской в перерывах.
Мы также помним, что в каждом коллективе были проныры, себялюбы, с частным образом мыслей и жизни, всегда обходящие нас сбоку и в итоге впереди нас. И среди них были даже коммунисты. Мы их про себя называли жидами. Именно они хотели иной

  • Валерий Лобов

    иной жизни. А о Ленине они никогда ничего хорошего не говорили, и даже не читали о нем.
    НО сейчас появилось столько сведений об истории, идеологии, смене общественных формаций, новые факты из жизни известных людей. По ним можно было узнать, что Ленин родился в русской семье (мать по отцу была немкой, а душой давно русская, какими были друзья Пушкина: Дельвиг, писавший русские народные песни, и Кюхельбеккер).
    Марксист Ленин, дожив до 1905 г., вдруг разорвал отношения с марксистами, и уехал в Россию, чтобы лучше понять отличие европейского мыслителя от мыслей и чаяний русских людей. Так появился русский ленинизм, опирающийся на науку. Ленин, сделавший революцию в 1917 г. году в пике 5-летки наибольшей деятельности русского народа. Тогда он сказал запомнившуюся всем мысль: «Вчера было рано, а завтра будет поздно!»
    Все мы знаем, что в Ленина стреляла отравленной пулей жидовка Каплан, и это сказалось на его ранней кончине в муках. Но его дело вошло в плоть и кровь русских трудящихся, все знали, что надо строить социализм, а научно, по-русски: общественное хозяйствование. Он первый открывал электростанцию в селе Кашино. Он не дожил до грандиозных строек Днепрогэса, заводов и фаб

Валерий Лобов

фабрик, создания колхозов при Сталине и позже, но обо всем этом мы читали в работах «кремлевского мечтателя».
Не было в то время ни одного такого просвещенного политического деятеля, каким был волжанин Владимир Ильич Ленин. И он мог поделиться своей тайной наукой только со Сталиным, верным продолжателем закономерных преобразований жизни русского народа. И не зря –Сталин воплощал Ленина и свои чаяния, опираясь на науку и русский народ.
А вот Жириновский, родившийся в 1946 г. в Алма-Ате Казахской ССР (видимо отец не воевал, а учился во французском университете Гренобля на коммерческом отделении), считал себя по отцу Вольфу Исааковичу Эйдельштейну — «евреем». Дед и отец Эйдельштейны исповедовали иудаизм. Но народа такого – «евреи» – никогда не было, хотя они ссылаются все на русскую Библию, которая написана русскими учеными далекой древности, и не является историей народов. Это матрица последовательных перемен на протяжении 628 лет того народа, который закономерно становится ведущим в мире.
Русский народ, ставший ведущим с 1920 г., имеет в своем составе пару равных и противоположных народов: мужского (тюркского) и женского (славянского)

Валерий Лобов

(славянского) видов. «Еврейский народец» рассеян по всем расам и народам закономерно, занимая 1/64 часть от видов всего народа, живя как паразиты общества на шее любого народа.
В июне 2006, по данным СМИ, Жириновский посетил могилу своего отца Вольфа Исааковича на кладбище города Холон.
Он окончил «Институт восточных языков при МГУ имени Ломоносова» по специальности «Турецкий язык и литература». Может, он теперь подыгрывает Турции потому, что туда навострил лыжи? Но так поступают жидовствующие. Поэтому он не помнит своего родства с русским народом, и охаивает все наше историческое прошлое.

 

Как Путин имеет США Говорят американцы

 

Песня от Гарика Харламова про Обаму

 

 

 

Просмотров: 38 | Добавил: Lightnews | Теги: О патриотизме, НовостиСвета, Падение Запада, Жириновский судит Ленина, Путин, как национальной идее, Туман безумия, возрождение Руси | Рейтинг: 0.0/0 |
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
© Copyright LightNews 2017
Бесплатный хостинг uCoz